1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Как не проиграть в информационной войне, и нужна ли нам идеология


Просмотров публикации 218

Памятуя о том, что в наши дни и в нашем мире информационный суверенитет любого государства фактически залог его независимого существования, нельзя не отметить, что фактор наличия большого количества в достаточной степени тенденциозных (антироссийски настроенных) СМИ в российских регионах не может не беспокоить наших сограждан. Безусловно, градус накала антироссийской риторики различен: от осторожных негативных экономических прогнозов до прямых призывов к свержению существующего политического строя. Однако факт наличия таковой, её распространённость и до известной степени даже обыденность ни у кого не вызывает сомнений.

Целый ряд региональных СМИ (преимущественно электронных) в большей или меньшей степени (в плане долевого участия) принадлежат крупным американским медиахолдингам. Так, история «индустрии новостей» Hearst Corporation, активно существующей и активно действующей с 30-х гг. XX века, исчерпывающе свидетельствует о том, как посредством информационного бизнеса (или под его прикрытием) можно заниматься масштабным политическим лоббизмом и обструкционизмом. Существуют неопровержимые доказательства того, что более десятка (если не сотни) «оппозиционных» СМИ в «российской глубинке» получают финансирование (речь идёт о миллионах, если не о миллиардах долларах) непосредственно от MDIF (Media Development Investment Found – инвестиционный фонд по развитию средств информации).

Данный американский фонд по кредитованию СМИ подконтролен Джорджу Соросу, который еще с 1980-х гг. является спонсором «бархатных революций». Идея создания данного фонда пришла инвестору после трагических событий в Югославии, когда протеже Сороса, сербский журналист Саша Вученич, возглавлявший оппозиционную радиостанцию, сыграл ключевую роль в свержении Слободана Милошевича. Именно тогда Сорос придумал тонкую схему: некоему небольшому региональному изданию выдается кредит «на развитие честной журналистики» под весьма незначительный процент. Разумеется, во внимание в первую очередь берутся те печатные, электронные издания и телеканалы, которые уже известны своей критической позицией по отношению к действующей власти. В дальнейшем кредитование продолжается, размер кредитов как бы незаметно увеличивается, и в конечном итоге издание (в первую очередь – зарплата сотрудников) становится полностью зависимым от иностранного инвестора.

Одновременно такие СМИ начинают всё более и более уделять внимание деятельности российской оппозиции (ее акциям) и резко критиковать действующую власть (градус данной критики иной раз просто зашкаливает). К этому прибавляются тиражирование «страшных новостей про Россию», «законов против людей» и восторженные сообщения о победе Украинского Майдана. Так, одна из старейших российских региональных телекомпаний томская ТВ-2 (финансистами которой являлся ЮКОС Ходорковского и подконтрольная Госдепу США организация Internews Network) замалчивала трагедию в одесском Доме профсоюзов и с одобрением отзывалась о Майдане. А якутская газета «Якутск вечерний» (издательский дом Норд-пресс, получивший от MDIF более 750000 долларов) опубликовала статью «Ненависть», обеляющую варварское сожжение людей в Одессе. Не такую ли традицию выборочной информированности директор барнаульского новостного сайта «Алтапресс» Юрий Пургин (получивший порядка 5 крупных кредитов от MDIF) называет «ренессансом качественной журналистики»? Также стоит упомянуть газету «Челябинский рабочий», журналисты которой настолько суровы, что, начав «сотрудничество» с MDIF, помимо дежурной антироссийской риторики, начали проявлять интерес к челябинским оборонным структурам и атомным предприятиям.

«Независимые» региональные СМИ, попадая в долговую (кредитную) кабалу иностранных медиаинвесторов, становятся очень даже зависимыми и выполняют прямые указания своих «хозяев», включая применение прямой жесткой цензуры в отношении публикуемого контента. Конечно, никто (из иностранных кураторов) и никогда не подвергнет сомнению один из основополагающих принципов демократии – принцип свободы слова, однако концепция приватных «серьезных разговоров» «как правильно/как надо» и «как неправильно/как не надо» фактически имела и имеет решающий вес и не предполагает каких-либо пространных объяснений. Глава уже упомянутого фонда MDIF (тот самый Саша Вученич) в ходе своих публичных выступлений (в том числе и в России) совершенно откровенно рассказывает, как проникает «зелень» в офисы «независимых» СМИ и как «работает» с последними.

Безусловно, не все журналисты «такие продажные сволочи», чтобы за деньги «хаять страну», а посему для их полноценной и всесторонней (максимально эффективной) деятельности необходимо сформировать «нравственный капитал», четко и внятно сформулировать, что «вообще мы вне политики», «вы не Родину сливаете, а боретесь за все хорошее». С целью «поднятия духа» и оправдания не-патриотизма иностранные медиаинвесторы (в данном случае MDIF) организуют масштабные семинары для «повышения квалификации» за рубежом (как правило, в США) в ходе которых применяется метод SoftPower (форма внешнего влияния, предполагающая способность добиваться желаемых результатов на основе убеждения, симпатии и привлекательности). В частности, риторика данных семинаров такова: «во-первых, поросятам нечего бояться, все в лесу мирно живут, во-вторых, мы понимаем, как вам, честным журналистам, тяжело работать в этой стране, мы видим, как власть душит свободную прессу, и только вы, светоч независимой журналистики, способны что-то решать! Мы гордимся вами и мы («заграница») вам обязательно поможем» .

Здесь, помимо прямой финансовой заинтересованности (допускаю, что далеко не всегда таковая определяет позицию человека) многих участников данных семинаров прельщает «приближенность» их персон («выходцев из глубинки») элитарному слою западных ньюсмейкеров и «властителей дум». Когда человека, главного редактора или ведущего журналиста, несколько раз (т.е. регулярно) «возят» за границу, то такая своего рода причастность «поросят» к свободному цивилизованному миру (с его либеральными ценностями) делает свое дело. Эти журналисты становятся «ихними» и чужими нашему государству, нашему менталитету и культуре.

Помимо уже упомянутой Hearst Corporation, самой длительной программой медиавлияния занимается, опять же, американский фонд IREX-Media, основанный еще в 60-х гг. Данный фонд активно «работает», т.е. проводит многоступенчатые семинары, как в США, так и в других странах мира. На эти семинары приглашаются «молодые и перспективные» студенты, политики и журналисты. В качестве цели таковых «образовательных» мероприятий Фондом декларируется «поддержка независимых СМИ» и «изучение английского языка». Т.е. фактически активы совсем недружелюбного нам государства воспитывают целую армию оппозиционных журналистов, общественных деятелей или т.н. «пятую колонну». Как и другие американские фонды, IREX-Media организует различные «образовательные» программы, в ходе которых российских журналистов вывозят на многомесячное обучение и стажировки в США. В дальнейшем эти люди, узнав «кто из ху», преподают на кафедрах журналистики российских университетов. В данном контексте не стоит особо удивляться тому брезгливому отношению со стороны молодых журналистов ко всему традиционно российскому, и к православию в частности, как к чему-то доморощенному, дремучему, неудобному. В политических условиях современной России это означает одно: усиление ультралиберальной пропаганды, которая включает в себя, например, позитивное освещение кровавых событий на Украине, информации, связанной с жизнью ЛГБТ-сообщества и их идей в молодежной среде. При этом основная обструкция (т.е. очернение) будет осуществляться в отношении патриотических сил и усилий властей на укрепление страны. Кстати, сбор информации – одна из официальных целей, декларируемых фондом IREX-Media.

На мой взгляд, более чем очевидно, что т.н. свободная и независимая пресса есть сказка, миф и не более того. Увы, но в наши дни характер или направленность информации (в данном случае «индустрии новостей») напрямую связана с позицией того, кто оплачивает работу «глашатая». Достаточно грубый афоризм «Кто девушку ужинает, тот её и танцует» вполне точно передает суть сложившейся ситуации. Можно, немножко перефразируя, сказать: «Кто журналиста воспитывает – тот в конечном итоге и формирует его ориентиры и соответствующие предпочтения в отношении политической действительности, его этические, социальные и культурные преференции, одним словом, его мировоззрение». А журналист (или ньюсмейкер) – это, в свою очередь, не просто вольнодумец, беседующий со стенами университета, а человек, который (в силу своей профессии) способен влиять на мировоззрение других. Этот человек создает «картинку», на которую смотрят многие и верят в нее.

<blockquote>«В сфере идеологической войны мы фактически обречены на поражение. И главная причина этого неутешительного прогноза в том, что наши правящие круги недооценивают роль идеологии, роль соответствующего духовно-нравственного воспитания молодежи»</blockquote>

И на данный момент процессы и принципы формирования мотивационной и идейной направленности журналистского сообщества (или, если угодно, «журналистской субкультуры», традиции и т.д.), как, впрочем, и почти всей гуманитарной науки, отданы на откуп тем «стандартам», которые, увы, весьма далеки от тех ценностей, которые именуются нашими традиционными. А, соответственно, даже без иностранного субсидирования большинство выпускников журфаков не расчувствуются, заслышав слова «наше», «победа», «церковь», «долг», «русские». Более того, формируется определенная субкультура, сеть, сообщество «молодых лидеров» с достаточно агрессивным, тоталитарно-либеральным (такое бывает) мировоззрением, которое вполне способно в определенный момент превратиться в политическую силу. При таковых раскладах в сфере идеологической войны все мы фактически обречены на поражение. И главной причиной этого неутешительного прогноза мне видится то, что наши правящие круги недооценивают роль идеологии, роль соответствующего духовно-нравственного воспитания молодежи и, в особенности, студенчества. Присутствуют некоторые декларативные пассажи, больше напоминающие некачественные рекламные ролики, но реальной работы в этом направлении почти не ведется.

Недооценка роли и функции идеологии и воспитания проистекает, на мой взгляд, из нашего советского материалистического прошлого. Наши власть имущие, даже если они ходят в Церковь, все-таки взрастали, как и большинство наших сограждан, при господстве марксистской парадигмы «бытие определяет сознание». Они полагают, что, контролируя «бытие»: занятость, доходы, жилищную и социальную сферу (другими словами, «исправно платя зарплату», даже «хорошую зарплату»), – можно исчерпывающе удовлетворить все разносторонние запросы своих подчиненных. И сколь велико удивление властей, когда последние обнаруживают, что в оппозицию к ним становятся слои, как раз таки этой властью в наибольшей степени облагодетельствованные и обласканные.

Власти думают, что, контролируя несколько телеканалов (и надо таки отдать должное – основных телеканалов) и по нескольку газет и сайтов (из сотен существующих), можно справиться с агрессивными информационными и идеологическими вызовами современности. При этом роль и фактор влияния ТВ с каждым годом становится всё меньше и меньше, а патриотические интернет-порталы на 90% создаются и поддерживаются энтузиастами. Пресловутых «ольгинских троллей» (представителей организованных групп интернет-пользователей, занимающихся формированием общественного мнения в пророссийском направлении в интернете) в интернет-пространстве могут разглядеть только самые «продвинутые» оппозиционеры.

Необходимо отметить и следующий важный момент: кроме сопоставимого количества финансов и усилий, которые необходимо вложить в информационную войну, чтобы победить в ней, нужно учитывать такой факт, как качество работы. Мы привыкли, что русские воюют хорошо, но информационная война имеет свою специфику по сравнению с обычной горячей войной. И здесь, полагаю, не стоит забывать, что из холодной войны. которая была именно идеологической, культурной, мы, увы, не вышли победителями. В информационной войне мы тоже новички, а сражаемся против искушенных политических сил, не связанных к тому же какими-либо этическими, моральными или нравственными ограничениями и обязательствами. Наша сила заключается в том, что на нашей стороне, как мы полагаем, правда, но «правда когда-нибудь победит», а в условиях войны некоторые результаты требуются незамедлительно. К сожалению, текущее положение дел говорит о некоторой нерасторопности наших официальных «органов пропаганды» и демонстрирует некую склонность к шапкозакидательству. Уинстон Черчилль в свое время говорил: «Генералы всегда готовятся к прошлой войне». И, увы, этот афоризм очень подходит к достаточно размытой позиции наших верхов касательно фундаментальных государствообразующих основ.

Я прекрасно знаю, что есть люди, у которых слова «идеология», «пропаганда» вызывают буквально аллергическую реакцию. Однако информационная война – это война идей, противостояний идеологий. Но проблема современного российского общества как раз в том, что как такового оформившегося мировоззрения у него фактически нет. Присутствует некий хаос, некая смесь социалистических, монархических, капиталистических идей, иной раз взаимоисключающих, но, самое главное, направленных в прошлое. И, в этом нет какой-то принципиальной проблемы – со временем некие достойные идеи (мировоззрение) выкристаллизовались бы, но в условиях жесткого противостояния (информационной войны) эти идеи нужны прямо сейчас.

Критики воскликнут, мол, никакой официальной идеологии нам не надо (недаром она запрещена Конституцией), мол, вспомните мрачное советское прошлое с его обязательными партсобраниями и пресловутой «промывкой мозгов». Вот, мол, все продвинутые страны мира (в смысле Запад) живут без всякой идеологии и живут «лучше всех». Охотно соглашаясь с первым, а именно с тем, что казенная обязаловка не приносит никому ничего хорошего, позволю себе не быть солидарным со вторым утверждением. В Западном мире идеология присутствует и де-юре может считаться «официальной». Это идеология общества массового потребления, тотального приобретения материальных благ. Вне всякого сомнения, жизнь такого общества немыслима без выстраивания соответствующей системы мировоззренческих ценностей и жизненных установок. И эта система выстраивается, где-то стихийно, где-то осознанно. Сферы услуг и потребления проходят процесс эстетизации (т.е. придания миру «рынка» внешней красоты, поведенческого стиля) и аккультурации (т.е. восприятие постсоветскими людьми принципов рыночной экономики через художественные произведения – в первую очередь посредством киноиндустрии).

Обществу массового потребления необходима и соответствующая ее целям и задачам политическая система (с присутствующей де-юре, но чаще де-факто «политической доктриной»). Интересы масштабного бизнеса не могут находиться вне политики, а точнее, не оказывать своего всестороннего влияния на таковую. Поэтому либерализм – это та общественно-политическая модель (и мировоззренческое течение), при котором общество массового потребления (во всех смыслах и всех отношениях) способно существовать в максимально выгодном свете. Поскольку целью идеологии массового потребления является извлечение максимальной прибыли из человека, необходимо создать такого человека, т.е. воспитать идеального потребителя.

Нравственный, духовный, по-настоящему образованный и культурный человек, когда под образованием или культурой понимается не только набор неких знаний, но и нравственных ценностей, аксиологических категорий, не может быть идеальным тотальным потребителем. Такой человек всякий раз будет задумываться: а нужно ли мне по-настоящему то, что мне пытаются втюхать посредством рекламы, некоей моды, «культурного» веяния, эстетической, технической, экономической, гигиенической, экологической и прочей новизны? Верующий, да и просто по-настоящему культурный и образованный человек спросит себя: насколько соответствуют нормам нравственности те услуги из сферы досуга и развлечений, которыми мне столь навязчиво предлагают воспользоваться? Не повредит ли это моему здоровью, как физическому, так и духовному, не нарушит ли это мое эмоциональное состояние, повысит ли это мой культурный уровень или, наоборот, вызовет деградацию?

Конечно же, общество, состоящее из умных, культурных и нравственных граждан неудобно для транснационального бизнеса. Ибо в высшей степени высока опасность того, что подобное общество с треском захлопнет дверь перед лицом глобального мирового коммивояжера. Соответственно, для идеологии массового тотального потребления, политически выражающейся в либерализме, крайне важно воспитывать людей беспринципных и «всеядных», т.е. безнравственных, бескультурных, необразованных. Ибо именно таковые со спокойной совестью готовы потреблять всё то, что им предложат. Несомненно, именно с этим связана столь ощутимая деградация образования в нашей стране. Многие справедливо полагают, что это делается преднамеренно, ибо, как сказал А. Вассерман «дураками управлять легче и стричь с них деньги».

Возможно, следующее мое сравнение покажется кому-то не вполне этичным и корректным, но видится объективная насущность в том, чтобы его привести. Идеальный потребитель подобен наркоману, который за дозу отдаст все, чем он обладает, и даже то, чего у него нет (то, что он украл, награбил и т.д.). Такой человек не будет раздумывать, правильны ли его действия, нравственны они или нет. Этот бедняга даже не употребит рассуждения касательно того, насколько полезно (а в случае с наркоманом правильнее сказать «насколько пагубно») данная цепь действий может сказаться на его здоровье или даже привести к смерти. Идеальный потребитель – просто потребляет, не думая. В Западном мире на сегодняшний день выстроена именно такая социальная поведенческая модель, именно такой стиль жизни, именно такая система ценностей, т.е. зависимость от ложной идеологии.

В связи с этим все наши традиционные духовно-нравственные ценности для мира тотального потребления, для мира либеральной идеологии есть первый и самой опасный враг, и именно потому, что таковые мешают транснациональному бизнесу («мировому капиталу») извлекать из человека ту прибыль, на которую он рассчитывает. Потому-то все острие своей информационной агрессии либерализм направлял именно на государственные или общественные институты (Церковь, армия, власть), которые являются в той или иной степени источниками или охранителями таковых ценностей. В Западном мире либерализм безраздельно победил, и все те традиционные европейские пуританские устои, которые мы знаем по произведениям европейской классической литературы, уже обесценены. Западное христианство капитулировало перед лавиной безнравственности, и никакие христианские сообщества (будь то Римско-католическая церковь или протестантские деноминации) даже в мыслях не имеют сказать нечто против тех ценностей, которые провозглашены в качестве общечеловеческих, а по сути являются неприкрытым апофеозом человеческих страстей (речь идет об элитарном статусе гомосексуализма и иных извращений).

Современный мир журналистики – часть всей бизнес-системы, т.е. играет по ее правилам и руководствуется ее ценностями. К сожалению, наша журналистика целиком вторична и, в подражание традициям «развитых стран», наивысшим профессиональным достижением считает не помощь человеку и не решение какой-то проблемы, а раскрытие некоей «правды» (в смысле сенсации) и максимально болезненный удар по максимально высокопоставленному лицу. Иностранные инвесторы и «учителя» направляют это журналистское «чувство обостренной справедливости» в нужное им русло. Деятельность фондов IREX и MDIF на Украине обошлась им в 5 миллиардов долларов. Результат – создание на Украине единой и полностью контролируемой сети оппозиционных СМИ. Во время т.н. Майдана революционеры и пресса выступили единым фронтом. Можно только предположить, какую сумму выделил Государственный департамент США на подобную деятельность в России.

В связи с этим нашему государству необходимо, во-первых, всесторонне финансировать патриотические и прогосударственные издания на всех уровнях (а не только нескольких федеральных). Во-вторых, необходимо создание соответствующей образовательной и культурной базы для формирования журналистского сообщества, которая будет способна ориентировать ньюсмейкера не на массового потребителя, ищущего скандалов, интриг и расследований, и не на заказ скандала со стороны. В аспектах гуманитарного образования (в частности, и журналистского) обязательно должна присутствовать аксиологическая концепция (совокупность базовых ценностей) и принципов соответствующей причастности той культуре, тому менталитету, тому государству, в котором и для которого воспитывается молодой специалист.

И наконец, государству в лице его руководителей пора прекратить как бы стесняться в аспектах внешней и внутренней политики руководствоваться теми фундаментальными ценностями, которые были основой государства в течение тысячелетий и своими корнями уходят в традиционные для России религии. Идеология де-факто или де-юре присутствует в любом обществе, даже в том, которое настаивает на отсутствии таковой. Человек априори не может довольствоваться исключительно материальными благами и латинский принцип panem et circenses (хлеба и зрелищ) не всегда верен. Человеческому сообществу (народу, нации) нужно знать ответы на вопросы: кто мы, какое у нас государство и почему оно именно такое, кто у нас враги и почему они враги, кто друзья и почему. Собственно, идеология – это нечто вроде популярной философии, призванной отвечать на все эти существенные вопросы. И без четких и ясных ответов на эти вопросы, которые вовсе не отрицают значимости фактора общественного согласия, государство, имеющее, плюс ко всему, внушительные геополитические амбиции, в полном смысле слова существовать не может.

Похожие статьи