1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (6 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Почему не все христиане идут в монастырь?


Ответ Григория Богослова на слова Юлиана Отступника

Представители постхристианского мира пытаются сказать христианам, что мы должны уйти в гетто и не высовываться. Наиболее начитанные из них ссылаются […]


Просмотров публикации 2 161

Представители постхристианского мира пытаются сказать христианам, что мы должны уйти в гетто и не высовываться. Наиболее начитанные из них ссылаются на наше Священное Писание, а кто-то даже на Предание. Наиболее неприятно, наверное, когда нам говорят, что мы должны подставлять другую щеку, предоставляя всем право безнаказанно наносить удары. Однако «ничто не ново под луной».

Такое в истории нашей Церкви уже было — при Юлиане Отступнике. Во-первых, он тоже был христианином, но перестал им быть (и пытался всю Империю сделать «постхристианской»). Во-вторых, он тоже не устраивал гонения, но пытался свести присутствие христиан к минимуму. Ну и в-третьих, будучи бывшим христианином, он использовал свои знания о Писании для нападок на Церковь. В частности, он говорил христианам о том, что они не должны стремиться иметь свое имущество, что они не должны отвечать злом на зло, не должны судиться с теми, кто им причинял зло.

Эти его аргументы упоминает в своем четвертом «Слове» выдающийся современник Юлиана, один из великих каппадокийцев Григорий Богослов. Это «Слово» святителя Григория оказывается вполне актуальным и для нашего времени.

Ведь надо признать, что аргументы Юлиана и его нынешних эпигонов заставляют задуматься, так как они действительно имеют кое-какое основание в нашем Священном Писании. И не только в Писании, но и в Предании. В частности, у нас есть такой чин святости, как преподобные. Эти люди оставляют мир, принимают обет безбрачия и идут в монастыри. И мы знаем, что многие монахи руководствовались словами Христа: «Если хочешь совершенным быть – раздай всё и следуй за мной». И Юлиан это знал и использовал в своей пропаганде.

«Прославление совершенных еще не означает осуждения тех, чьи достижения более скромны»

Что же отвечал ему Григорий. «Конечно, если бы все могли быть наилучшими людьми и достигнуть высочайшей степени добродетели — это было бы всего превосходнее и совершеннее». Да, в идеале было бы неплохо, если бы все достигали совершенства, но люди разные, и требования к ним предъявляются разные («И от всякого, кому дано много, много и потребуется…»). «…поскольку Божественное должно отличать от человеческого, и для одного — нет добра, которого бы оно не было причастно, а для другого — велико и то, если оно достигает средних степеней…». Для кого-то и маленький подвиг – это тоже подвиг. И главное, на что обращает внимание Григорий Богослов, это то, что прославление совершенных еще не означает осуждения тех, чьи достижения более скромны. «…в нашем законе иное предписывается, как необходимое, так что не соблюдающие того подвергаются опасности, другое же требуется не необходимо, а предоставлено свободному желанию, так что соблюдающие его получают честь и награду, а не соблюдающие не навлекают на себя никакой опасности…». То есть если христиане, достигшие совершенства, прославляются, это не значит, что остальные христиане осуждаются.

Церковь канонизировала много мучеников и исповедников, пострадавших во время гонений. Это не значит, что в Церкви осуждают тех, кто не оказался «в нужное время в нужном месте» и не имел возможности пострадать за Христа. Церковь канонизировала многих преподобных, у которых не было своей семьи, но которые заботились о многих других семьях. Это не значит, что в Церкви осуждались все те семейные люди, которым те же преподобные помогали.

По аналогии можно заметить, что поименно мы помним мало героев войн. Мы почитаем несколько наиболее известных. Это не означает, что остальные воины боролись напрасно. А Святейший Патриарх Кирилл в передаче «Слово пастыря» использовал образ спортсменов и чемпионов. То, что чемпионами становятся немногие, не значит, что остальные стараются напрасно.

В Церкви есть место для разных людей и для разных подвигов. Кому-то дано достаточно сил, чтобы совершить подвиг, достойный прославления. А кто-то совершает более скромные деяния. Но тот, кто делает скромные добрые дела, тоже «не потеряет награды своей».

Юлиан Отступник, кроме всего прочего, предлагал запретить христианам доступ к образованию. Вот как излагает его слова святитель Григорий: «Словесные науки и греческая образованность (το ελληνίζειν), говорит он, — наши; так как нам же принадлежит и чествование богов; а ваш удел — необразованность и грубость; так как у вас вся мудрость состоит в одном: веруй». И опять Юлиан в чем-то предвосхищает современных антиклерикалов. Они нам тоже говорят: «У вас вся мудрость в одном: веруй». И пытаются доказать, что наше мировоззрение «несовместимо с научным».

Еще недавно атеисты имели реальную власть, чтобы запрещать христианам преподавать, а где-то и получать образование. Сейчас они только требуют. И опять же, временами используют аргументацию, похожую на юлиановскую. С той разницей, что Юлиан говорил о языческой традиции, а нынешние наши антиклерикалы основываются на советско-атеистической. Но при этом и те, и другие говорят о том, что традиция не христианская, а значит, христианам нечего делать среди ученых. Интересно, что здесь можно увидеть сходство не только между атеистами и язычниками, но и между коммунистами и либералами-западниками.

На какие слова в ответе Григория Богослова можно обратить внимание в наше время? Главное — это, пожалуй, следующие слова: «И язык, и всякое искусство или полезное учреждение, какое бы ты себе ни представил, принадлежат не одним изобретателям, а всем, ими пользующимся; и как в искусной музыкальной гармонии одна струна издает тот звук, другая — другой, высокий или низкий, но всё подчиняется одному искусному руководителю хора и составляет одну прекрасную гармонию; так и здесь — высочайший Художник и Зиждитель — Слово, хотя избрал различных изобретателей разных полезных учреждений и искусств, но всё предложил всем, кто хочет, дабы соединить нас узами взаимного общения и человеколюбия и украсить жизнь нашу кротостью».

Соответственно, любые научные достижения принадлежат не только авторам, но и всем, кто сможет их использовать.

Далее Григорий замечает, что сам Юлиан пользуется достижениями разных народов. А значит, император и его единомышленники не могут утверждать, что образованность принадлежит только им. Так и мы можем заметить, что достижения были не только у атеистов, но и у религиозных людей. И в отличие от Григория Богослова, мы уже можем говорить и об ученых христианах, которые тоже внесли вклад в мировую науку. Потому что они тоже видели пользу, которую она приносит.

И поэтому мы использовали, используем, и будем использовать науку для своих целей. И мы будем ее развивать. Как, впрочем, и люди других убеждений.

Еще святитель обращает внимание на слова «одна мудрость – веруй». Он говорит, что это относится к догматам, которые есть у всех. В качестве примера приводятся пифагорейцы, для которых догматами были изречения Пифагора (тут вспоминается фраза, которая была в одном номере журнала «Ералаш»: «Это аксиома, потому что так Евклид сказал»). Таким образом, любое мировоззрение опирается на догматы-аксиомы, то есть на то, что считается «истиной, не требующей доказательств». Следовательно, догматы вовсе не мешают научной деятельности, а знание некоторых аксиом для научной деятельности просто необходимо.

И, между прочим, тут важно, что сам Григорий личным примером опровергал императора. Ведь он получил хорошее классическое образование благодаря учителям-язычникам. В частности, знал словесные науки. И полученные знания использовал на благо Церкви. А во многом именно благодаря хорошему филологическому образованию он вошел в историю как Богослов. Потому что его научили хорошо владеть словом.

Как видим, спор между Григорием и Юлианом актуален и в наше время. Мы можем по-прежнему слышать аргументы Юлиана и отвечать на них контраргументами святителя Григория.

Вы можете поаплодировать автору0