1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (14 оценок, среднее: 4,64 из 5)
Загрузка...

Богослов Алексей Осипов ответил Познеру на его критику Православия


Известный либеральный телеведущий и безбожник Владимир Познер, отвечая на вопрос на своем портале Познер-онлайн, заявил, что «Православие — безрадостная религия, тяжелая, призывающая ко всякого рода страданиям, лишениям, ради того, что когда-нибудь, потом… Она не вызывает желание жить сейчас хорошо».

Просмотров публикации 4 188

Подобный взгляд, как ни странно, разделяется и некоторыми православными, сторонниками т. н. «православия-лайт», в соответствии с которым земная жизнь человека самодостаточна, а значит, можно наследовать Царствие Божие, проводя свою земную жизнь в наслаждении, веселье, в погруженности в мирские заботы и забавы. Именно эта гедонистическая позиция позволяет «оправославливать» те вещи, которые не имеют никакого отношения к Православию. Таким образом появляются — православный банкинг, православные футболки, православные ночные клубы, православные увеселительные мероприятия и т. д. и т. п.

«Какой должна быть земная жизнь православного христианина? Как Вы оцениваете вышеописанные тенденции?» — с этими и другими вопросами заместитель главного редактора «Русской народной линии» Александр Тимофеев обратился к профессору Московской духовной академии, известному русскому богослову, педагогу и публицисту Алексею Ильичу Осипову.

Критика христианства за будто бы проповедуемый им безрадостный образ жизни проистекает из полного незнания Православия. Указывают на посты, сдержанную одежду, необходимость ходить в храм, сознавать себя грешными (а не святыми?), каяться в грехах и проч. При этом не хотят даже знать, что в действительности предписывается церковными правилами и зачем это делается?

Грехом в христианстве называется всё то, что вредит человеку, разрушает его тело, расстраивает психику, ум, чувства, совесть. То есть грехом человек не Бога оскорбляет (что в принципе невозможно), но себя казнит. Поэтому и заповеди, и правила в Церкви — это не юридические законы, за нарушение которых Бог наказывает человека, но Его предупреждения избегать всего, чем он может себя ранить и мучить. Поэтому в христианстве существуют соответствующие рекомендации как правильно жить.

Они говорят: ешь, питай свое тело, но не объедайся; можешь пить вино, но не пьянствуй; женись и выходи замуж, но не блуди; веселись, пой и танцуй, но не безобразничай; одевайся, но не бесстыдничай; говори правду, будь честен, справедлив, человеколюбив, но не лги, не клевещи, не воруй и т.д. Сам Христос на свадьбе в Кане Галилейской, без сомнения, и ел, и пил, и пел, и был, конечно же весел, а не сидел как черная туча.

То есть в христианстве одинаково неприемлемы как языческая вседозволенность, которая некоторыми лукаво выдается за духовную свободу, так и законническое, часто носящее фарисейский характер, рабство букве внешних предписаний. Где же критерий истинности? Он в искреннем следовании евангельской совести и примере поведения Самого Христа. Только на этом пути можно избежать скорбей и страданий. К этому, а не к страданиям Он призывал, и учил как правильно к ним относиться, когда они случаются.

Упреки Православию за его призыв к покаянию в своих грехах являются лишь скрытой попыткой оправдания своих злых дел и безнравственных поступков. Покаяние перед человеком и перед Богом является необходимым актом очищения своей совести и исправления себя. Ибо в противном случае человек ржавеет и теряет чувство различения добра и зла. А это приводит к самым печальным последствиям не только для его жизни.

Основная причина критики христианства совсем не в каких — то серьезных аргументах, она кроется в нежелании ни Бога, ни души, ни вечной жизни. Но какой оптимизм способна порождать вера в свою и всего человечества вечную смерть? И какие психологические, моральные, социальные, культурные и проч. последствия возникают отсюда? В любом случае логически оправданным остается тогда лишь одно: пока жив, бери, что можешь, и убирай со своего жизненного пути всё, что мешает. Об этом откровенно, без тени смущения проповедовал Рокфеллер: «Рост деловой активности — это просто выживание сильней­ших… Американскую розу можно вырастить во всем великолепии ее красоты и благоуха­ния, которое вызовет восторг у созерцающих ее, лишь беспо­щадно обрезая слабые рост­ки вокруг нее» («Диспут». 1992. №1, с. 138).

Совсем другая картина жизни открывается для человека действительно, а не формально, верующего. Достаточно обратить внимание хотя бы на некоторые ее стороны, чтобы убедиться, какой стимул жизни, какую огромную психологическую и нравственную помощь оказывает Православие верующему в решении самых серьёзных проблем его земнойжизни.

Прежде всего, это вера в то, что земная жизнь человека является только началом вечнойжизни, а не бессмысленным мигом существования, чтобы затем навсегда исчезнуть, как это внушает атеизм.

Вера, что Бог — это не карающий Судья, а неизменно любящий и премудрый Врач, всегда готовый в ответ на покаяние оказать помощь, даёт христианину твёрдость и утешение в самых трудных обстоятельствах жизни, при самых тяжёлых нравственных падениях.

Такая вера избавляет христианина в трудные моменты жизни от разочарования, от чувства заброшенности, тоски и отчаяния, от самоубийства. Верующий понимает, что как врач в зависимости от болезни одному пациенту рекомендует курорт, а другого отправляет на тяжёлую операцию, так и всё тяжкое, происходящее с ним, «не напрасно, не случайно», а является тем необходимым действием Бога, которое обусловлено духовным состоянием человека, и необходимо ему для спасения.

Твердая вера в Бога даёт возможность правильно оценить те неизбежные несправедливости, которые происходят в человеческом мире. Верующий понимает, что никакой злодей и ничто в мире не смогут сделать ему большего, чем будет позволено Богом в качестве необходимого для него лекарства.

Знание этого оказывает самое положительное воздействие на психологическое состояние верующего человека. Оно даёт ему возможность переносить всё с мужеством и терпением, даже с благодарностью Богу. Это умиротворяет его, помогает ему посмотреть на свою жизнь иными глазами, раскаяться, измениться в отношении к окружающим. Всё это чрезвычайно облегчает внутреннее состояние человека, его семейную жизнь, общественную деятельность.

Вера в то, что Бог всех равно любит, что Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных (Мф. 5, 45), спасает верующего от высокомерия, гордости, вражды, унижения других людей, останавливает его язык от злостных осуждений, клеветы и всякой неправды по отношению к любому человеку.

Вера, что эта жизнь является только тем мгновением времени, в которое человек должен сдать экзамен на честность и разумность своей жизни, чтобы затем быть принятым в вечное общение со святыми, чистыми и совершенными людьми, удерживает человека от зла, оберегает его от бездумной, стихийной, грязной жизни, от преступных дел, ненависти и т.п.

Вера православная, утверждая, что все люди заражены страстями и нет человека без ошибок и грехов, спасает верующего от непрерывных осуждений, раздражения, безрассудного гнева, помогает великодушному отношению к недостаткам окружающих людей, сохранению с ними мира, особенно в семейной жизни.

Вера словам Христа: Что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего (Лк. 6: 41-42), — постоянно напоминает человеку о его страстях, трудности борьбы с ними и потому необходимости сдерживаться предъявлять особые требования к поведению другого.

Вера, что заповедь: Итак, во всём, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними (Мф. 7: 12), — является важнейшей в нашем общении с людьми, напоминая верующему о должном отношении к ним, о помощи, справедливости, милосердии и любви.

Вера приносит истинному христианину уже здесь, в земной жизни тот великий духовный плод радости, о котором апостол Павел писал: Не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его (1 Кор. 2, 9).

Вера помогает в исцелении души от эгоизма, нелюбви к людям, лицемерия, зависти, алчности, гордыни и прочих страстей, уродующих человека, низводящих его до состояния животного и демонического. Поэтому только невидящий в себе этой грязи и не хотящий избавиться от нее может упрекнуть Православие за те его усилия и те средства, которые оно предлагает человеку, чтобы очиститься и уже здесь пережить ту неземную радость, с которой несравнимы ни какие обычные переживания.

Преподобный Серафим Саровский был настолько преисполнен радости, что встречал любого приходящего к нему не иначе, как словами: «Радость моя»! Преподобный Никон Оптинский, будучи арестован, обрит и посажен в камеру с тяжелыми преступниками, присылает оттуда записку: «Радости моей нет предела»! Игумен Никон Воробьев, который в 30-е годы «строил» Комсомольск-на-Амуре, говорил: «Какую радость давала мне в тех ужасных условиях молитва Иисусова».

Ваши рассуждения подводят к мысли, что гедонистические тенденции в православной среде, свидетельствуют прежде всего об оскудении веры. Главная причина желания повеселиться на земле — утрата веры. Была бы у человека вера — не было бы у него подобных настроений.

Эти тенденции были всегда, от начала мира. В каждом человеке, в том числе и у верующего, происходит борьба двух начал. О них хорошо сказал Гёте словами доктора Фауста:

«Ах, две души живут в больной груди моей,

Друг другу чуждые, — и жаждут разделенья»!

Эта борьба — естественное явление. Но наступает трагедия, когда происходит сказанное пророком Исаией: Горе тем, которые зло называют добром, и добро — злом, тьму почитают светом, и свет — тьмою, горькое почитают сладким, и сладкое — горьким! (Исаия 5: 20). Ибо то оправдание языческого образа жизни, которое всё чаще звучит у христианских проповедников, особенно у протестантских и католических на Западе, свидетельствует о тяжелой деградации современного христианства, о его фактически полном омiрщении. Но как предупреждал святой Исаак Сирин, «необузданная свобода есть матерь страстей… неуместной этой свободы конец — жестокое рабство» (Слово 71).

via