1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Юрий Воробьёвский: «Весь мир живёт взаймы у Православия»


– Юрий Юрьевич, расскажите, пожалуйста, как называется ваша последняя книга и какова её тематика? – Последняя книга называется «Потаённая Россия». […]


Просмотров публикации 3 988

– Юрий Юрьевич, расскажите, пожалуйста, как называется ваша последняя книга и какова её тематика?

– Последняя книга называется «Потаённая Россия». Её замысел вырос из вопроса, который очень часто задавали по поводу, наверное, самой читаемой моей книги «Незримые старцы». «Незримые старцы» – это итог моих пятнадцатилетних поездок на Святую Гору, книга о тех подвижниках, которых я знал ещё с девяностых годов. А вопрос такой: «А у нас святость ещё осталась? У нас здесь просто духовная пустыня! Есть ли ещё святость в наше время?»

«Потаённая Россия» и есть ответ на вопрос, есть ли ещё в наше время старцы, Святость с большой буквы… Это потрясающие судьбы наших современников, которые жили не где-то, когда-то, а именно в наше время! «Потаённая Россия» – это книга о тех подвижниках, которые были не на виду. Так Господь управил, что они ушли из жизни в последние два-три года, и я получил моральное право о них написать. Тут потрясающие рассказы о людях, которые подвизались в Белоруссии, на Кавказе и в других местах.

Ещё в этой книге, посвящённой старчеству, есть исторический срез, который связан с именем старца Фёдора Кузьмича Томского – императора Александра I. Я глубоко убеждён, что это одно и то же лицо. Но гораздо более важным моментом в этом очерке является не вопрос идентичности этих лиц, а вопрос мотивации государя, который по сути сам сослал себя в Сибирь, духовных результатов этого подвига.

Перекидывая мостик к одной из будущих книг, я одну из глав этого очерка посвятил теме «Подвиг царя как подвиг змееборчества». Существует замечательный образ змееборца в православии – близкий нам всем символ. Древний змей выползает, и с ним борется всадник, царь. Вспоминаются слова архимандрита Фотия (Спасского), который был духовным водителем императора в последние годы его жизни: «Наполеона внешнего ты победил, теперь надо победить Наполеона внутреннего».

– То есть свою гордость?

– Да.

По большому счёту, весь ненавидящий православие мир живёт взаймы у Православия. А мы, православные, живём взаймы у святых людей.

– В общем, последнюю вашу книгу можно порекомендовать тем людям, которые хотят убедиться, что святость и старчество в наше время в России ещё остались, и как раз о последних из старцев она повествует?

– О тех подвижниках, которых именно мне Господь послал на моём пути. Кого-то я знал десятилетиями, кого-то знал меньше, о ком-то материалы собирал в значительной мере уже от духовных чад. И ещё в этой книге намёки на будущие работы. Подвиг змееборчества в разных его ипостасях – это, наверное, тема следующей книги. Ещё одна из моих следующих книг, скорее всего, будет посвящена кавказским старцам.

Если суммировать все эти темы: об афонских старцах, российских, кавказских – мы можем говорить, что речь идёт о своеобразном «духовном спецназе». Духовная война имеет своих героев, свои потери. Она происходит на духовном плане, поэтому незрима. Неслучайно названия книг именно «Незримые старцы», «Потаённая Россия».

В этих людях – загадка русского подвига, загадка русской души, которая несёт всю тяжесть земли Русской, да и всего мира. По большому счёту, весь ненавидящий православие мир живёт взаймы у Православия. А мы, православные, живём взаймы у этих святых людей.

–Расскажите о других ваших книгах? Какое магистральное направление у вашего творчества?

– Я думаю, что это два направления.

Во-первых, книги об Афоне: «Наступить на аспида», «Незримые старцы», «Потаённая Россия», – где тема старчества и другие.

Во-вторых, деятельность тех разрушительных структур, которую наш замечательный философ Иван Ильин назвал «мировой закулисой». Когда спрашивают, стоит ли в этом копаться, я отвечаю, что существует евангельская истина, что «всё тайное становится явным». Всё тайное становится явным через кого-то, кто получил на это благословение.

Здесь у меня представлены разные аспекты этой разрушительной деятельности, атак на православие, на Россию: книга «Третий акт» – это духовные аспекты мировых войн, книга «Пятый ангел вострубил» – современное масонство в мире, книга «Бумагия» – демонология мировой литературы. Книга о том, как через грехи человеческие, через зацепки демонического мира за талантливых людей, через очень талантливые произведения демонический мир подбрасывал разрушительные идеи человечеству.

Книга «Бедлам» посвящена теме превращения человечества в сумасшедший дом. Оно действительно должно быть превращено в сумасшедший дом в эсхатологическом контексте. Потому что мы знаем, что человечество должно принять Антихриста за Бога. Это уже будет крайняя степень сумасшествия! А символика названия «Бедлам» в том, что так назывался знаменитый чудовищный лондонский сумасшедший дом, построенный на месте Вифлеемского аббатства. Бедлам – это искажённое слово «Вифлеем». Символика момента: от Вифлеема, где рождён Спаситель мира, до Бедлама наших дней, в котором рождается Антихрист на наших глазах. Это дистанция, которую, к сожалению, человечество проходит с огромной скоростью.

Но практически в каждой книге есть ещё по очерку или по нескольку очерков, посвящённых тем людям, которые стоят на пути этого зла, на своей православности: художникам, певицам, монашествующим. Это те самые люди, которые, как говорил старец Паисий Святогорец, «получили повестку от Бога».

– Юрий Юрьевич, вы упомянули о масонах. Если говорить о масонах сейчас, то это статусная подделка, следование традициям или реальная сила, которая воздействует на реальную политику?

– Главное в том, что современный мир живёт в рамках тех идей, тех представлений, той этики, которые зародились в масонских ложах.

Например, известная социологическая теория «Окна Овертона». Западный социолог говорит о постепенном характере вползания в наш мир зла, тем, которые раньше были даже неприличны для обсуждения.

Возьмём каннибализм. Вначале проводится конференция на тему каннибализма у дикарей Полинезии. Это же было? Было! И до сих пор они кого-то пожирают там… Потом заборчик отодвигается дальше – журналист пишет о том, что якобы какой-то оскароносный режиссёр тоже этим баловался. Люди говорят:«да нет, это всё слухи»– но тема обсуждается. Потом на голландском телевидении два популярных ведущих по кусочку от себя отрезали и, пожарив на глазах у публики, угостили друг друга кусочками мяса. Даже в Голландии поднялась волна протеста, и телевидение заявило, что это была шутка.

Или наркотики. Наркотики когда-то были чем-то немыслимым. Сейчас уже законодательные инициативы в Западной Европе, чтобы это было разрешено и возможно. Когда-нибудь это станет обязательным.

Так работает сугубо масонское понятие, которое называется «этика во времени» – то, что было неэтично вчера, этично сегодня.

Масонские организации – это кузница кадров. В западном мире президенты, руководители спецслужб, конгрессмены и т.д. – практически все масоны. Если брать спецслужбы, то там если не масон, то мормон, и это очень характерно.

– Если говорить о разнообразных западных тайных обществах, которые влияют на нашу жизнь, может быть неявно, не афишируя этого, вы можете перечислить эти организации? Есть ли формальные объединения вообще?

– Самым могучим таким мировым объединением является система масонских лож шотландского обряда. Туда входят, в частности, отец и сын Буши, которые посвящались в ложе «Череп и кости» и многие другие высокопоставленные политики.

– В одном из выступлений вы упоминали писателей, в частности Байрона и Гоголя, и говорили о какой-то их инициации. Можете пояснить, что вы имели в виду?

– Наверное, это какое-то искажение смысла. Я их упоминал, кого-то более подробно, кого-то менее подробно в своих книгах. У меня есть книга «Бумагия». Конечно, Байрон уж точно является такой демонизированной фигурой – тяжёлая наследственность, наркомания, поэма, в которой он Каина воспевает.

Что касается Гоголя, там совершенно другая ситуация. Ситуация человека, обуянного литературной гордыней в начале своего творческого пути и умершего замечательным православным христианином. Он разделял в своё время ересь хилиазма. Эта ересь, пришедшая к нам с Запада, была очень популярна. На 1836 год было назначено Второе пришествие Христа и начало его 1000-летнего царствования на Земле. Неслучайно и премьера гоголевского «Ревизора» была приурочена именно к этому году. Автор считал, что если царь и всё светское общество, присутствующее на премьере, покаются, поскольку им со сцены будут показаны олицетворённые грехи русского общества, то это покаяние и вызовет этот замечательный космический акт, когда ангелы свернут небо в свиток. Эта вещь, конечно, не является забавной комедией для прохождения в средней школе! У Гоголя там вторые и третьи планы. Там всё замирает на сцене, когда сообщают, что приехал настоящий ревизор. Ведь Хлестаков – это подделка, это образ Антихриста. А ревизор – это образ того нелицеприятного Судии, который ждёт каждого из нас!

– То есть пересказ предания о Страшном Суде получается?

– Да, конечно! Это вещь с очень серьёзными духовными подоплёками, но конечно, учительские амбиции у него были серьёзнейшие. Похлеще, чем у Льва Толстого, с которым я сравниваю Николая Васильевича в книге «Бедлам».

– Юрий Юрьевич, а расскажите, пожалуйста, как к вашему творчеству относится священноначалие? Не бывало ли каких-то нареканий по содержанию?

– Священноначалие для меня – это те личные контакты, которые у меня существуют с некоторыми епископами, митрополитами и так далее. Существуют несколько человек, с которыми у меня сложились давние тёплые отношения, и мы их поддерживаем. Я же не подхожу к каждому епископу и не спрашиваю, как вы относитесь к моему творчеству.

– То есть у вас есть духовник, и такие вопросы вы решаете именно с ним?

– Да, конечно. Слава Богу, это милость Божия, что он есть.

– Вы знакомы со многими афонскими монахами. Нет ли у вас информации, как они восприняли встречу Патриарха и Папы на Кубе?

– Прямой информации нет. Пока я нахожусь в длинном турне, езжу по городам и весям, нет возможности спокойно кому-то позвонить, поговорить. Я вижу в интернете ту же самую информацию, что и вы видите. Когда пишется в тексте, что некие афонские старцы что-либо заявили, сразу возникает вопрос, какие старцы? Говоря мирским языком, бренд Афона очень впечатляющий. Надо очень внимательно относиться к этой современной мифологии. Часто выясняется, что совсем всё это искажено. Что либо нет такого старца, либо он есть, но ничего подобного не говорил.

Иногда возникает такая конспирологическая мысль о том, что кто-то пытается манипулировать православным общественным сознанием с помощью каких-то придуманных старцев, каких-то анонимных высказываний старцев. Само по себе это неплохо – наличие неформальных авторитетов, старцев. Но наши недруги с врагом как-то работают, с ним борются. Англичане «работают по православию» в Ми-6. Балканы – это традиционная зона британских интересов.

– А как вы лично оцениваете встречу Патриарха Кирилла и Папы Франциска?

– Я лично её негативно оцениваю. Потому что декларируются политические аспекты данной встречи. В частности, объединение против терроризма. Но это же пустое сотрясание воздуха! Аргумент против террориста – это ракета, пущенная в него. Неужели бумага, подписанная двумя людьми, каким-то образом может воздействовать на террористов!? Сидит моджахед и умывается слезами… Что в мире изменится после этой декларативной вещи? С моей точки зрения, ничего.

С точки зрения прагматизма, считаю, что этот прагматизм не прагматичен! Постоишь рядом с прокажённым, с еретиком – у тебя что-нибудь засохнет и отвалится! Целая Византийская империя засохла и отвалилась в своё время.

Чего я не понимаю, это страшной ошибки, которую совершают некоторые, которые говорят: «После этого мы опасаемся ходить в храм и причащаться». Это страшное заблуждение и ошибка! Пример Византии: были ереси страшные, например иконоборчество. Десятилетиями на престоле сидели императоры-еретики, патриархи-еретики, папа такой же…

«Если бы Господь был таким же мрачным буквоедом, как наши зилоты, он отнял бы благодать у Церкви уже во времена Византийской империи»

– Но Церковь от этого не переставала быть Церковью!

– Да! Если бы Господь был таким же мрачным буквоедом, как наши зилоты, он отнял бы благодать у Церкви уже тогда. Но уже и после этого мы получили многих святых. Тогда что, не в счёт и Сергий Радонежский и Серафим Саровский? Мы получили православие от греков уже после уврачевания в Византии существовавших ересей. Этот опыт самоисцеления Церкви и является важным.

– И последний вопрос: по поводу Всеправославного собора. Как вы оцениваете это событие?

– Могу лишь сказать, что собор этот, может быть, даже и не состоится. Помнится, и митрополит Онуфрий Киевский и всея Украины об этом говорил, что в этом нет особого смысла. Грандиозные соборы прошлых веков собирались конкретно для разоблачения какой-либо ереси. Сейчас что? Сейчас нам предлагают вопрос экуменизма. Формально на этот собор выносятся только документы и вопросы, с которыми согласны все участники. Но вот Грузинская Церковь уже высказалась против. Поэтому формального единодушия нет.

В конечном итоге всё это Господь решит.

– Спасибо за беседу!

 

Беседовал Андрей Сегеда

 

+ Бонус – фильм Юрия Воробьевского “Незримые старцы”

Вы можете поаплодировать автору (хоть 10 раз)0